герб Российского Императорского Общества

ГЛАВНАЯ | КАРТА САЙТА | КОНТАКТЫ |


Рассылки rushunt.ru
Российское Императорское Общество Правильной Охоты



Создание сайтов
Главная > Библиотека кинолога > Конрад Лоренц > Человек находит друга > Обучение

Глава 4. ОБУЧЕН?Е

Существует множество книг об обучении собак, написанных людьми гораздо более компетентными, чем я, и у меня нет намерения превращать эту главу в трактат о собачьем воспитании. Я хочу только поговорить о нескольких легко прививаемых навыках, которые облегчают взаимоотно?ения любого владельца с его подопечной.

Обычному современному владельцу собаки вряд ли окажется полезным пес, приученный по команде "брать вора", или приносить тяжелые предметы, или разыскивать потерянные вещи, - мне хотелось бы спросить у счастливого хозяина такой умной собаки, сколько раз в году его верному спутнику приходится использовать свое умение на практике.

Самого меня собаки никогда не спасали от грабителей, и единственной моей собакой, которая подала мне предмет, оброненный на улице, была молоденькая сука, вовсе не обученная приносить предметы.

Это был интересней?ий случай: Пиги II, дочь Стаси, трусив?ая позади меня по городской улице, внезапно ткнулась носом мне в ногу, а когда я поглядел на нее, она потянулась мордой к моей руке, сжимая в зубах кожаную перчатку, которую я обронил.

Не знаю, что она думала в ту минуту и действительно ли сообразила, что предмет, упав?ий позади меня и пропитанный моим запахом, принадлежит мне. Разумеется, после этого я начал часто "терять" перчатки, но Пиги ни разу даже не взглянула на них. ?, во всяком случае, мне было бы интересно узнать, сколько собак, обученных "искать потерянное", хотя бы раз принесли хозяину вещь, потерянную по-настоящему.

В "Кольце царя Соломона" я уже исчерпывающим образом изложил свой взгляд на людей, отдающих собак на обучение профессиональному дрессировщику. Три урока, о которых речь пойдет ниже, чрезвычайно просты, и можно только удивляться тому, как редко владельцы собак берут на себя труд обучить своих псов этим командам: "Лежать!", "Место!" и "Рядом!".

Но прежде я хотел бы сделать несколько общих замечаний об обучении собак и начну с вопроса о поощрении и наказании.

Считать, что последнее действеннее первого, - это глубокое заблуждение. Многие элементы собачьего воспитания, в частности умение соблюдать чистоту в доме, гораздо луч?е постигаются без помощи наказаний.

Для того, чтобы приучить только что приобретенного трехмесячного щенка к соблюдению чистоты, следует в течение первых часов его пребывания в ва?ем доме постоянно следить за ним и в тот момент, когда он, по-видимому, будет готов запятнать пол, тотчас выносить его наружу и ставить на землю всегда в одном и том же месте.

Когда он сделает то, что от него требуется, похвалите его и погладьте, словно он совер?ил героический поступок. Щенок, с которым обходятся подобным образом, вскоре соображает, что к чему, и, если его регулярно выводить, убирать за ним боль?е не потребуется.

Очень важно, чтобы наказание следовало за проступком немедленно. Нет никакого смысла бить собаку даже через несколько минут после того, как она сделает что-то не так, поскольку она не в состоянии понять связь событий. Отсроченное наказание может быть полезным только для собаки, которая постоянно совер?ает что-то недозволенно и знает это. Конечно, из этого правила есть исключения.

Как-то, когда одна из моих собак по чистому неведению убила новое животное в моей коллекции, я спустя некоторое время дал ей понять, насколько чудовищное преступление она совер?ила, раза два сильно ударив ее трупом злополучной жертвы.

Но я отнюдь не ставил себе целью вну?ить собаке понятие о преступности данного деяния и рассчитывал только возбудить у нее отвращение к определенному объекту.

Ниже я расскажу, как мне иной раз приходилось прибегать к "профилактическому" наказанию, чтобы привить собакам уважение к неприкосновенности новых членов моей живой коллекции.

Приучить собаку к послу?анию с помощью наказаний нельзя и столь же бессмысленно бить ее, если, соблазненная запахом дичи, она во время прогулки убежит от вас. Побои не отучает ее убегать - это проис?ествие уже далеко отодвинулось в ее памяти, а скорее отучат возвращаться, так как в ее представлении они будут связаны именно с возвращением.

Единственный способ отучить ее от этой манеры - стрелять в нее из рогатки, когда она задумает удрать. Выстрел должен быть произведен неожиданно для нее, и будет луч?е, если она не заметит, что каме?ек, свалив?ийся на нее неведомо откуда, был послан рукой хозяина.

Полная беззащитность перед этой болью поможет собаке хоро?о ее запомнить, и к тому же этот способ не вну?ит ей страха к рукам.

Наказывать собак, как и детей, можно только любя, так, чтобы наказывающий сам страдал от этого ничуть не мень?е виновного; для определения же степени наказания нужно хоро?о знать и понимать собаку.

Разные собаки воспринимают наказание по-разному, и для нервного впечатлительного пса легкий ?лепок может значить гораздо боль?е, чем настоящая порка для его более уравнове?енного и флегматичного брата.

Здоровая собака на редкость нечувствительна к физическому воздействию, и рукой ей почти невозможно причинить настоящую боль, если только не бить ее по носу.

Моя овчарка Тита отличалась боль?ой силой, и после возни с ней я, как правило, бывал весь в синяках. Во время игры я мог ударить ее кулаком, пнуть, резко стряхнуть на землю, когда она повисала у меня на рукаве, но она считала все это увлекательной забавой, давав?ей ей право отплачивать мне сторицей. Однако, если я ударял ее не в ?утку, а всерьез, пусть совсем легонько, она взвизгивала и тоскливо замыкалась в себе.

Когда в одной собаке соединяются физическая и ду?евная чувствительность, как, например, у спаниелей, сеттеров и сходных с ними пород, телесные наказания надо применять с величай?ей осмотрительностью, иначе собаку легко совсем запугать, так что она станет робкой, неуверенной в себе, скучной и в конце концов навсегда проникнется страхом к рукам.

Во время моих экспериментов по скрещиванию немецких овчарок и чау-чау выяснилось, что в начале, когда кровь овчарки еще преобладает, крайности характера, от "мягкого" и впечатлительного, до совер?енно бесчувственного, распределяются среди потомства без всякой системы.

Стаси была необычайно "ду?евно крепкой" собакой, но ее дочь Пиги оказалась полной ее противоположностью. ? в тех случаях, когда они обе сходили с узкой тропы добродетели (например, чуть не разорвали пополам мальтийского терьера), прохожие негодовали на мою явную пристрастность и несправедливость, так как я сурово хлестал мать, а дочь отпускал, ограничив?ись ?лепком и строгим выговором. Тем не менее обе собаки получали равное наказание.

Любое наказание собаки действенно не столько благодаря связанной с ним болью, сколько потому, что оно демонстрирует власть и силу наказывающего.

Для того чтобы наказание принесло пользу, собака должна воспринять его именно как проявление власти. Поскольку собаки, как и обезьяны, при установлении иерархического порядка не бьют, а кусают друг друга, битье, в сущности, оказывается не сли?ком эффективной и не сли?ком понятой карой.

Один из моих старых знакомых обнаружил, что легкий укус в предплечье, даже не оставляющий ран, производит на обезьяну куда боль?ее впечатление, чем самые жестокие побои. Другое дело, конечно, что не всякому понравиться кусать обезьяну.

Однако в отно?ении собак карательные методы вожака доступны каждому человеку и в отличие от побоев не требуют насилия над собой: собаку надо поднять за ?иворот и хоро?енько встряхнуть.

Более сурового наказания для собаки я не знаю, и оно неизменно производит на нару?ителя закона и порядка самое сильное впечатление.

В реальной действительности вожак, способный поднять и встряхнуть собаку ростом с овчарку, должен быть великаном, сверхвожаком, и именно так воспринимает собака своего хозяина в момент наказания.

Хотя, на на? взгляд, подобная кара кажется менее строгой, чем побои, наносимые хлыстом или тростью, ее даже со взрослыми собаками следует пускать в ход очень осторожно, если мы не хотим совсем сломить их дух.

Занимаясь любым видом обучения, требующим от собаки активного участия (как, например, прыжки, подача предмета и тому подобное), надо помнить, что и самая луч?ая собака не обладает человеческим сознанием долга, а потому в отличие даже от маленьких детей будет сотрудничать с вами ли?ь до тех пор, пока работа ей нравится.

Поэтому наказание тут не только нелепо, но даже вредно, так как оно может вну?ить собаке непреходящее отвращение именно к этому виду деятельности.

Только привычка заставляет хоро?о обученную собаку приносить зайца, идти по указанному следу или прыгать через препятствие, когда она "не в настроении".

Поэтому, пока собака еще не приобрела привычки выполнять определенную команду, необходимо, особенно в начале обучения, ограничивать урок несколькими минутами и немедленно прекращать его, если интерес собаки начинает угасать.

Обучаемому животному необходимо любой ценой вну?ить, что его не только не заставляют что-либо делать, а, наоборот, позволяют ему выполнить данное упражнение.

Вкратце обсудив общие принципы обучения, вернемся к трем конкретным навыкам, которые, необходимо привить любой собаке.

Главный из них, на мой взгляд, беспрекословное выполнение команды "Лежать!"; благодаря этому навыку любая собака становится приятнее и полезнее.

Собака должна научиться ложиться по команде и не вставать без разре?ения - такое умение обеспечивает ей много преимуществ. Владелец может спокойно покинуть собаку в любом месте, например, перед дверью магазина или учреждения, так что она получает возможность сопровождать хозяина почти повсюду, и ее ли?ь изредка приходится оставлять дома, что для истинно преданной собаки является худ?им из несчастий.

Еще важнее воспитательная ценность этой команды, так как ее выполнения означает существенное развитие привычки к послу?анию.

Для собаки не так просто подавить желание следовать за хозяином и остаться одной в каком-нибудь непривычном месте - выполнение этой команды равносильно выполнению неприятного долга. Поэтому команды "Встать!" и "Ко мне!" воспринимаются как счастливое избавление, и в результате "приход на зов" превращаются из работы в удовольствие.

Очень часто заставить плохо поддающуюся собаку идти на зов, удается только через промежуточную стадию обучения лежать.

Эгон Бойнебург, один из луч?их дрессировщиков собак, каких я только знаю, при обучении охотничьих собак сосредоточивал усилия именно на команде "Лежать!", а не на команде "Ко мне!".

Он разработал метод остановки в разгар травли для тех собак, которые в обычных условиях были послу?ны, но оказывались столь азартными охотниками, что, гоняясь за добычей, повиновались своей страсти, а не свистку хозяина.

Добивался он этого, приучая собак по команде "Лежать!" прерывать любую деятельность и даже гон: они ложились и ждали распоряжения "Ко мне!".

Когда собака бросалась преследовать дичь, Бойнебург не пробовал ее отозвать, а просто кричал громко: "Лежать!" Взметывалось облако пыли, поднятой резко затормозив?ими лапами, а когда оно рассеивалось, зрители видели послу?но улег?уюся собаку.

Обучение команде "Лежать!" настолько просто, что доступно даже людям, вообще ли?енным способности дрессировщика. Начинать его следует между седьмым и одиннадцатым месяцами жизни собаки, в зависимости от ее породы.

Сли?ком раннее начало ни к чему хоро?ему не приведет, так как нельзя требовать от подвижного веселого щенка, чтобы он по команде ложился и сохранял абсолютную неподвижность. Когда же он подрастает и остепеняется, обучающий сталкивается с гораздо мень?им сопротивлением.

Уроки следует начинать на мягкой сухой земле, например за ?ею и крестец и легонько прижимать к земле, повторяя: "Лежать! Лежать!" - или какое-нибудь другое подходящее слово. В первый раз, возможно, придется применить и силу.

Одни собаки очень быстро понимают, что от них требуется, другие - не сразу, третьи же будут стоять окостенев и начнут разбираться в ситуации, только когда им силой согнут задние, а потом передние ноги.

Эта предварительная подготовка может показаться постороннему наблюдателю несколько комичной, но поразительно, как мало повторений требуется для того, чтобы собака поняла, чего от нее хотят и начала ложиться по команде сама. ? сразу же следует препятствовать собаке вставать, если ей вздумается сделать это до подачи соответствующей команды.

Разделять эти два момента между разными уроками неправильно. Нужно стоять вплотную к собаке и чуть-чуть покачивать пальцем перед ее носом, чтобы у нее не было возможности вскочить на ноги. Затем вы внезапно зовете: "Ко мне!", отбегаете на несколько ?агов и ласкаете собаку или играете с ней в награду за только что перенесенное испытание.

Если собака проявит признаки усталости и начнет сторониться хозяина, стараясь избежать повторений упражнений, урок следует прервать и отложить до следующего дня.

Время пребывания в лежачей позе следует увеличивать очень постепенно и, обучающему, требуется немалый такт, чтобы найти счастливую середину между изли?ней строгостью и чрезмерной ласковостью.

Урок никогда не следует превращать в игру - игра должна оставаться наградой за успех, - и ни в коем случае нельзя позволять щенку в ответ на команду ?аловливо валиться на спину. С другой стороны, нужно внимательно следить, чтобы собака не прониклась отвращением ко всей процедуре.

Когда собака научится послу?но лежать несколько минут, надо раз от разу постепенно отходить от нее, вначале так, чтобы она продолжала вас видеть, а когда она освоится с этим маневром настолько, что будет сохранять свою позу и несколько минут спустя после того, когда хозяин отойдет, можно уйти совсем.

Это испытание ей будет легче перенести, если вы оставите возле нее какую-нибудь свою вещь, и даже не одну. Чем боль?е их будет и, чем они будут крупнее, тем спокойнее собака будет себя чувствовать.

Если взять собаку в туристский поход и оставить ее возле палатки со спальными ме?ками, она, даже в самом начале обучения, останется возле них на какое угодно время, терпеливо ожидая возвращения хозяина.

При попытке чужого человека посягнуть на какую-нибудь вещь собака придет в ярость, но не потому, что чувствует себя обязанной защищать хозяйское имущество, а потому что эти вещи, пропитанные запахом хозяина, символизируют для нее дом и гарантируют возвращение хозяина. Вот почему она сердится, если кто-то попытается их унести.

Нередко можно увидеть собаку, как будто охраняющую портфель своего хозяина, однако психологическое объяснение этой ситуации совсем не таково, как может показаться на первый взгляд. Портфель в сознании собаки является как бы символом дома, а хозяин оставил здесь не собаку сторожить портфель, а наоборот - портфель, чтобы поме?ать собаке уйти.

При таком обучении, особенно если оно проходит в местности, которая собаке незнакома, очень важно хоро?енько обдумать, где именно приказать собаке лечь. ? прежде чем отдать команду, следует прикинуть, какое место избрала бы сама собака, если бы она хотела прилечь отдохнуть.

Было бы жестоко укладывать собаку на совер?енно открытой тропе, по которой часто проходят люди: в ее глазах более неподходящего места для отдыха найти невозможно, и она будет испытывать такие ду?евные мучения, но в то же время с удовольствием ляжет в каком-нибудь тихом уголке, предпочтительно хоро?о укрытом, например под садовой скамейкой.

Это правило требует строгого соблюдения, так как "лежать" - задача очень нелегкая, и для ее выполнения собаке требуется сделать над собой боль?ое усилие.

Разумеется, умелое и в меру строгое обучение такого рода - отнюдь не жестокость по отно?ению к собаке; наоборот, оно приводит к обогащению ее жизни, так как хоро?о обученная собака получает возможность сопровождать своего хозяина почти всюду.

Если собака исключительно умна, строгие правила обучения можно со временем несколько смягчить.

Стаси, превосходно владев?ая искусством "лежать", прекрасно знала, что я вовсе не хочу, чтобы она, сторожа мой велосипед, и в самом деле сохраняла каменную неподвижность, как того требует буква закона. По команде она ложилась и некоторое время оставалась в этой позе, однако, незаметно поглядывая за ней в окно, я видел, что потом она вставала и начинала прохаживаться, правда, не отдаляясь от велосипеда боль?е чем на метр-два. Если же мы ?ли с ней в гости и я приказывал ей лечь в углу комнаты, она никогда не вставала.

Другими словами, она прекрасно понимала, с какой конкретно целью отдавалась ей эта команда и в том и в другом случае.

В конце концов мы совсем непроизвольно выработали следующий компромисс: получив приказ лежать, когда рядом не было моего велосипеда или портфеля, Стаси ждала меня около десяти минут, а потом, если я не появлялся, вставала и отправлялась домой самостоятельно, но рядом с моими вещами она, если бы понадобилось, прождала бы меня до скончания века. Стаси достигла такого совер?енства в искусстве "лежать и охранять", что, как это ни невероятно, сама ре?ала, когда ей следует занять сторожевой пост!

В дни моей работы в госпитале она принесла щенят, отцом которых был динго (после того как ее союз с таежным волком оказался бесплодным, ей предложили в супруги динго). Мой знакомый доктор одолжил мне, а вернее ей, конуру своей овчарки, которую, к несчастью, украли.

Три дня Стаси провела в конуре со щенятами. На четвертый день, выйдя из госпиталя, я обнаружил, что она лежит возле моего велосипеда. Все попытки отправить ее назад к детям терпели неудачу: она, во что бы то ни стало, желала вернуться "на действительную службу". Дважды в день она убегала покормить щенят, но через полчаса вновь занимала свой пост рядом с моим велосипедом.

Вторая команда - "Место!" - соответствует по своей сути команде "Лежать!", но применяется дома, а не на улице.

Нередко случается, что общество собаки вам ме?ает, и вы хотите на время избавиться от нее. Приказ "По?ла вон!" не способна понять ни одна даже самая умная собака: поскольку "вон" - понятие абстрактное и для нее непостижимое.

Собаке необходимо конкретно объяснить, куда именно вы ее отсылаете. ? "место" - это четко определенное место, куда собака должна уходить по команде и где она должна оставаться до тех пор, пока ей не разре?ат его покинуть. Луч?е остановить свой выбор на том уголке, который собака предпочитает, - туда она всегда пойдет охотнее.

Дети и собаки, имеющие привычку вме?иваться в разговоры взрослых людей, мало кому нравятся, и собака, умеющая оставлять людей в покое, несомненно, будет пользоваться общими симпатиями. То же относится и к детям.

Третий навык, способствующий превращению собаки в приятного спутника, не причиняющего особых хлопот, - это умение идти "рядом".

К несчастью, это умение, делающее изли?ним поводок для хоро?о воспитанной собаки, приобретается с гораздо боль?им трудом, чем два навыка, описанных вы?е, и при отсутствии частых повторений вскоре может быть забыто.

Обучение собаки идти "рядом" сводится к тому, чтобы заставить ее идти возле правой или левой ноги хозяина (нога должна быть всегда одной и той же!); при этом ее морда не должна выдвигаться вперед, а скорость движения все время должна соответствовать скорости движения хозяина.

Выполняя это упражнение, собаки редко пытаются отставать, и, наоборот, боль?инство из них, как правило, вырываются вперед - о?ибка, которую надо исправлять немедленно, сильно дернув поводок или хлопнув собаку по носу. Каждый раз, когда хозяин поворачивает, собака должна также повернуть; луч?е всего это достигается следующим образом: надо слегка наклониться и повернуть голову собаки в нужную сторону рукой, свободной от поводка.

Работа требует терпенья - Не только знанья и уменья.

Прежде чем собака научится идти "рядом", ее приходится очень долго тренировать на поводке. Тут следует отработать две команды - приказание идти "рядом" и разре?ение отойти, и, на мой взгляд, второе значительно труднее.

Контрприказ лежащей собаке "Ко мне!" ей хоро?о понятен, и она вскоре выучивается не двигаться, пока его не услы?ит. Но команда "Вперед!", разре?ающая собаке отойти от хозяина, естественно, не так понятна.

В начале обучения луч?е всего остановиться, сказать "Вперед!" и подождать, пока собака не двинется вперед. Собаке ни в коем случае нельзя разре?ать отходить в сторону по собственной инициативе, иначе она ре?ит, что ей это дозволено, и тем самым, в значительной степени будут сведены на нет уже достигнутые результаты.

Еще одна трудность заключается в том, что умная собака очень скоро начинает разбираться, надет на нее поводок или нет, и часто игнорирует команды, когда его с нее впервые снимают.

Поэтому с самого начала собаку следует приучить к узкому легкому поводку, который она практически ощущает только в тот момента, когда его резко дергают.

Собака, по-видимому, не в состоянии понять тут причинную связь - во всяком случае, в начале обучения Стаси выполняла команду "Рядом!" всегда, когда на ней был поводок, независимо от того, держал я его или нет, и какое расстояние нас разделяло. Без поводка она чувствовала себя "свободной" и не выполняла команды.

Даже хоро?о обученную собаку следует время от времени водить на поводке "для освежения памяти".

В целом, однако, как с командой "Лежать!", не следует в каждом случае требовать обязательного выполнения буквы закона при условии, что собака во всем хоро?о разобралась и выполняет команду безупречно.

Стаси еще щенком часто забывала смысл команды "Рядом!", но в этом не было ничего стра?ного, так как необходимость в команде вскоре вообще отпала: в соответствующих ситуациях Стаси ?ла "рядом", соблюдая все правила не менее строго, чем призовой пес на испытании. Когда, например, движение по улице усиливалось, она по собственному почину пристраивалась к моей ноге, и я не опасался потерять ее даже в густых толпах, неизменно заполняв?их вокзалы в годы войны. Она точно следовала за каждым моим ?агом, так что ее ?ея все время была у моего левого колена.

С боль?ой трогательностью она прибегала к такому добровольному самоограничению и тогда, когда она была вынуждена бороться с иску?ением - например, когда мы ?ли через скотный двор, где испуганные появление рыжего волка куры начинали кудахтать и метаться, немало усилий, чтобы обуздать естественное желание расправиться с ними.

В этих случаях Стаси, чтобы устоять перед соблазном, прижималась к моему левому колену. Она дрожала от возбуждения, ноздри ее раздувались, у?и стояли торчком, и я буквально видел, как натягивает невидимый поводок, который она на себя надела.

Конечно, Стаси никогда не использовала бы своего умения ходить "рядом", если бы в юности не отработали все главные его правила, и все-таки мне приятно думать, что собака, выучив этот урок, не просто рабски его повторяет, но может применять его с выбором, чтобы не сказать - творчески.

-->
Знак Вашего престижа Знак Вашего престижа
© ЗАО «Лаборатория Массмедиа», 2002–2005
Яндекс цитирования Рейтинг@Mail.ru

«Обращение к пользователям»